Главная/Книги. Видео. Исследования

Космос мимо

К 60-летию полёта Юрия Гагарина вокруг Земли

В преддверии празднования 12 апреля мы взяли интервью у исследователя солнечной активности, а кроме того – участника многих метеоритных экспедиций в Сибири и на Урале Вадима Тюменцева.


Редакция: Вадим, всё прогрессивное человечество на днях будет отмечать юбилей полёта космонавта Юрия Гагарина вокруг Земли, который он совершил на космическом корабле «Восток» 12 апреля 1961 года. Ты присоединяешься?

В.Т. : Юбилеи, годовщины и прочие знаменательные даты я предпочитаю отмечать в режиме будничных исследований. А прогрессивное человечество с «отмечанием» до сих пор и без меня неплохо справлялось. Тем более что отмечать особо нечего. Константин Циолковский в 1903 году написал книгу «Ракета в космическое пространство». Не прошло и 60 лет, как конструктор Сергей Королёв воплотил в жизнь одну из идей выдающегося мыслителя из Калуги: человек на ракете совершил облёт Земли на высоте 175 - 327 км за 1 час 48 минут. Прошло ещё 60 лет и… ничего не случилось. Россия так помпезно празднует годовщины во многом потому, что не имеет достижений в настоящем. Пропаганда, конечно, как следует оттопчется на этой дате, а затем празднование плавно перетечёт в восхваление тезисов обращения некого лица к федеральному собранию, а затем - в Первомай (день труда), в 9 мая (день победы) и в день подсыхания полей под Мариуполем и Херсоном. Мне это видится звеньями одной цепи. Конечно, это досадное упущение со стороны депутатов госдумы – до сих пор не введена уголовная ответственность за сомнения в наших феноменальных космических успехах.


Редакция: А космодром «Восточный», с которого с 2016 года начались запуски ракет, - это разве не достижение?

В.Т. : Смотря с какой точки зрения на это смотреть. За последние 10 лет число стран, имеющих свои космодромы, резко выросло. Мы привыкли, что США, Россия (СССР), некоторые европейские страны запускают ракеты в космос, но за последние годы число таких стран удвоилось. Сильной космической державой стал Китай. Япония признаётся четвёртой космической державой. Другие страны тоже стараются не отставать: Израиль, Бразилия, Иран, КНДР, Южная Корея, Украина. Готовятся: ЮАР, Индонезия, Аргентина, Турция, Казахстан, Пакистан. И это – ещё не все. На фоне такого рывка строительство в России ещё одного космодрома не выглядит как успех. Скорее – как навёрстывание упущенного. Кроме того, надо понимать, что строительство и эксплуатация космодрома – весьма затратное предприятие. Не надо испытывать иллюзии, что это какое-то продвижение вперёд. Да, спутники стали легче, функциональнее. Но ракеты продолжают эксплуатировать примитивный принцип движения – сжигание материи. Космические корабли прожигают атмосферу, наносят ущерб озоновому слою, продолжают захламлять космос и поверхности космических тел использованными ступенями, защитными щитами и прочим мусором, и при этом движутся в космическом пространстве с неприлично низкой скоростью. Всё новое, что нам показывают, - это повторение уже пройденного: космодромы нужны, прежде всего, для запуска спутников, прежде всего, спутников военных и спутников связи. С этим я связываю такой ажиотаж среди стран в космической сфере. Мы не идём в космос с целью познания мира. Мы из соображений примитивной корысти наращиваем радиус сферы своих интересов. Теперь стандарт земного примитива поднялся выше атмосферы, выше околоземных орбит. Хорошая новость заключается в том, что диалектические противоречия приведут к слому социальных устоев, основанных на примитивной логике наживы и военного грабежа, с последующим замещением их более перспективными, но менее устойчивыми социальными конструкциями, к тому же - интенсивно прогрессирующими. И это не произошло бы само собой, без выдвижения нынешних земных «ценностей» в ближний космос. Увеличение количества ведёт к усложнению качества.


Редакция: На фоне частых неудач при запусках российских космических ракет можно согласиться, что достижения «Роскосмоса» невелики. В то же время в США основатель частной компании SpaceX Илон Маск заявляет о скором заселении Марса людьми, которых он намерен доставить на Марс своими ракетами уже в ближайшие несколько лет. Европейцы собираются вернуться на Луну. Разве эти тенденции не дают оснований для сдержанного оптимизма?

В.Т. : В мире, если говорить о передовых странах, ситуация, конечно, отличается от той, что в России. Но и она оптимизма не внушает. С моей точки зрения, нормальным был бы путь по открытию новых видов энергий, новых способов получения известных энергий, новых принципов перемещения в космическом пространстве, путь конструирования революционно новых двигателей, позволяющих достигать других звёздных систем за часы или дни. Нам же под видом будущего впаривают всё более обтекаемые или, напротив, навороченные формы космических аппаратов из фантастических фильмов о будущем. Нас кормят довольно однотипными картинками, что в сюжетах новостей, что в фантастических фильмах. Но выглядеть обтекаемо, не означает обгонять хотя бы на 6 порядков <Прим. ред.: в миллион раз> скорость света. Это позволило бы долетать до окрестностей ближайшей к Солнцу звезды – Проксимы Центавры, что находится в 40 триллионах километрах от Солнца за 2 минуты 13 секунд.


Редакция: Теория относительности исключает такую возможность, ведь космическому кораблю для перемещения к другим звёздам за часы пришлось бы развивать скорость, значительно превышающую скорость света. А это – невозможно.

В.Т. : Это не только возможно, но и неизбежно. Удивительно, как такое нелепое утверждение Альберта Эйнштейна о невозможности превысить скорость в 300 тысяч километров в секунду могло укорениться в сознании миллионов людей! Мы видим галактики слева, галактики справа, и везде – более-менее упорядоченные структуры. Астрономы пришли к выводу, что Вселенная имеет ячеистую структуру, где скопления галактик жмутся друг к другу вдоль ячеек «сетки», а внутри клетки ячеи – разреженное пространство с малым количеством космических тел. Совершенно невозможно представить, чтобы управляемая Вселенная (а она – управляемая) управлялась со скоростью света. Если бы всё же это было так, то не было бы никакой ячеистой структуры Вселенной, не было бы даже галактик, потому что пока свет дойдёт из центра до края, этот край утратит связь с центром. Протяжённость нашей галактики Млечный путь астрономы оценивают в 100 тысяч световых лет. Края пока на месте. Мы видим галактики цельными. Конечно, само это «мы видим» не делает мою аргументацию убедительной, потому что видим мы со скоростью света, но другого способа для восприятия Вселенной, кроме зрения, к настоящему времени не придумано. Скорость обмена сигналами между центром и краем галактики, можно предположить, в несколько миллиардов или триллионов раз превышает скорость света. Так что свет вряд ли является монополистом в вопросе координации структур Вселенной. Те же частицы, на которые ложится эта функция, имеют огромные скорости, и пока есть большая проблема с их инструментальной фиксацией.


Редакция: Так будут на Марсе цвести яблони или нет?

В.Т. : Если делать всё так, как намечает Илон Маск, то органики на Марсе, конечно, прибавится. И от трупов землян - тоже. Я не большой любитель морализации, но я просто не понимаю, зачем нужно везти на Марс миллион человек, чтобы их там убить радиацией. На Земле этот фокус больше не проходит?! Ещё больше я не понимаю, почему этим ребятам так хочется оплатить кровно заработанным длинным долларом свою транспортировку к месту заключения и последующей смерти. Город на Марсе в подаче Илона Маска – это бред от начала до конца. А то, что предлагают европейские товарищи в части добычи полезных ископаемых на Луне или на малых космических телах, - вывезенное в космос земное свинство, не достойное критики. Это агрессивное безумие, механически экстраполируемое с Земли на всю Солнечную систему. Есть такое выражение: бодливой корове бог рогов не дал. Это – про нас, про земное человечество, вознамерившееся делать барыши на уничтожении соседних планет и астероидов. С повышенной «бодливостью» земного человечества я связываю затруднения в межпланетных и межзвёздных перелётах. Примитивное целеполагание само по себе является барьером, сдерживающим агрессивные цивилизации.


Редакция: У Илона Маска - много сторонников, которым его идея заселить Марс не кажется фантастической и которые готовы в ней поучаствовать.

В.Т. : Если это медийный проект по популяризации инженерных профессий и для развития предпринимательской жилки, то его можно признать успешным. Если это медийный проект вооружённых сил США по производству вооружений под научным прикрытием, то этот проект тоже отлично удался. Сам факт наличия массовой эйфории (или психоза, кому как больше нравится), связанной «с нашими успехами в космосе», не опровергает обоснованности моих сомнений. Это не значит, что на Марсе город невозможен. Он возможен и даже нужен, если для его строительства хватит суммарных ресурсов всех стран мира, что вряд ли. Но у земной цивилизации есть опыт проникновения экспедиционных групп на полюса Земли. Тогда, сто лет назад, говорили – покорение полюсов. Это был такой же спортивный забег, который сулил известность, но не богатство. Некоторые команды в этом забеге погибали. Как же действовали те, кто выжили? Они готовили базы и шли от точки к точке, имея подготовленные позиции и для наступления, и для отступления. Опыт Роберта Пири явно не учтён Илоном Маском: экспедиция с Земли до орбиты Марса планируется в один скачок, без промежуточных баз. Космических тел между Марсом и Землёй нет или почти нет, остаётся – делать базы на безатмосферных спутниках, то есть на Луне и на Фобосе и Деймосе. Вероятно, специалистам следует проработать возможность конструирования цепочки межпланетных станций между Землёй и Марсом. Если на это нет средств, то и за Марсианский проект в настоящее время браться не стоит. Лет через 50 экономика мира, удвоившись-утроившись, уже созреет для этого проекта. Лучше подкопить силы и начать марсианский проект наверняка, чем пойти на проскок, исчерпать ресурсы, заметаллоломить технику, загубить много человеческого труда и человеческих жизней и получить в обществе стойкое неприятие к строительству человеческих баз на Марсе, что станет тормозом ко второй половине 21 века, когда реализация такого интересного замысла станет возможной. Кроме того, атмосфера Марса - слабая, магнитное поле – и того хуже, а значит поверхности планеты достигает пронизывающее солнечное излучение. Это исключает ту картинку, которую рекламируют научно-фантастические фильмы с вагончиками на каменистых полях: на поверхности Марса живому человеку делать нечего. Так что город на Марсе – это катакомбы, которые ещё надо прорыть. Поэтому было бы логично, чтобы первыми землянами на Марсе ещё некоторое время оставались роботы, пока они не пророют необходимые для выживания людей тоннели. И затем уже в эти тоннели могли бы заехать люди, не выходя из капсул космического корабля. Или весь корабль целиком, или капсулы заезжали бы в тоннель, горизонтально прорытый в какой-нибудь горе. Мой экспедиционный опыт говорит против попытки строительства подземных жилищ из подручных материалов. Если жилые комплексы на Марс везти собранными – дорого и неудобно, но возможно, то это именно то, что надо делать. Со временем получится собирать жильё из конструктора и строить из блоков марсианской породы. Но на первом этапе экспедиции должны быть малочисленными, хорошо оснащёнными, и перед ними должны стоять преимущественно научные задачи. Ведь никто не знает, что происходит под поверхностью Марса на различных глубинах. После сбора информации и только в том случае, если перспектива выживания будет представляться реалистичной, можно будет приступить ко второму этапу – строительству подземных коммуникаций – чего-то вроде подземных железных дорог, соединяющих одну базу с другой. При этом вахта марсонавтов не должна превышать 2 лет, а с учётом перелёта в оба конца – не более 3-х. Учёные сходятся на том, что космическому кораблю не помешал бы в качестве защиты от космических и солнечных излучений слой толщиной 5 метров, заполненный парафином или другим защитным веществом. Естественно, такой корабль будет очень тяжёлым, что требует пересмотра не только мощности двигателей, но и принципа передвижения. Маск планирует воспользоваться противостоянием Марса, когда расстояние между Марсом и Землёй будет минимальным, что случается примерно раз в 2 года (780 суток=2,136 года): декабрь 2022, январь 2025, февраль 2027. Однако в 2025 году Солнце будет фонтанировать излучениями в связи со вполне предсказуемым максимумом 11-летнего цикла солнечной активности, который прогнозируется в 2023-2025 годах. И в это время нежелательно заниматься хватанием рентгенов где-то на пути к Марсу в масковозе, лишённом какой-никакой планетной защиты. Если продолжить размышления, то мы неизбежно придём к выводу, что раз задача по размещению на Марсе даже небольшой базы с живыми людьми – такая сложная и пока не имеющая решения, то следует попробовать всё то же самое и тоже – в скромных масштабах, но уже на Луне. Минимальное расстояние между центрами Земли и Луны – 356 тысяч километров, а между центрами Земли и Марса – в 157 раз больше. Было бы логично создавать человеческое поселение на Марсе уже после того, как такая база зарекомендовала бы себя на Луне. Пока же Марс можно познавать спутниками и роботами, совершенствуя их. Но если протянуть ниточку рассуждений дальше, то на Земле нужен аналог подземной лунной станции. Сначала нужно научиться жить под землёй на Земле, бурить тоннели, соединяющие земные подземные станции. Насколько я понимаю, некоторый опыт такого рода уже есть. На Земле тоже разнятся климатические условия. Если с одинаковым успехом удаётся строить подземные станции на мёрзлой северной равнине и в гористой местности ревущих 40-х широт, то после этого можно пробовать окапываться на Луне. Цена вопроса на Земле будет гораздо дешевле, чем на Луне. Если сможем выживать в подземельях и на Земле, и на Луне, то сможем и на Меркурии и, возможно, даже на Венере, не говоря о многочисленных астероидах.


Редакция: На Венере температура поверхности раскаляется чуть ли не до +500 градусов по Цельсию и много серной кислоты. Не смущает это?

В.Т. : На Меркурий – тоже не климатический оптимум, но на глубине в 10-100 метров температура, вероятно, будет более пригодной для живых существ и более стабильной. Основное физическое препятствие – это даже не температура, химический состав или отсутствие магнитного поля, а недостаток гравитации. Ещё одним препятствием является одиночество. У людей первым делом будет страдать психика.


Редакция: Космонавты на орбите проводят по полгода и больше. Насколько для психического равновесия человека существенна разница между орбитальной станцией на околоземной орбите, базой на Луне и базой на Марсе?

В.Т.: Разница точно есть. Объективная сторона – скорость обмена сообщениями. Задержка при общении с Луной (с Земли) составляет 1 секунду, при общении с Марсом – 4 минуты. Психологически это очень непросто – находиться в заключении. Из почти 4-х отсиженных лет, более полутора лет я пробыл в одиночном заключении. И то – не непрерывно. Так что могу хотя бы отчасти примерить скафандр на себя. При этом понимать, что ты находишься на другой планете, и в случае чего тебе никто не поможет – это было бы совершенно невыносимо. По соображениям безопасности люди не находятся по одному на космических станциях. Но тут другая напасть - межличностные конфликты… По сравнению с ними технические неурядицы просто меркнут. Так что человек – не самый лучший «робот», которого можно отправить в космос. Последние 3-4 года искусственный интеллект (нейросеть) делает невиданные успехи. Например, нейронная сеть «Альфазиро» выиграла с разгромным счётом шахматную программу «Стокфиш», которая в свою очередь, не даёт шанса белковым гроссмейстерам экстра-класса. Отличие нейросети от программы – в том, что нейросеть учится на своих ошибках. Искусственный интеллект как-никак. Пройдёт ещё несколько лет, и никто всерьёз не будет обсуждать вариант Илона Маска. Эти игры в зарницу не нужны ни организаторам инопланетных исследований, ни участникам. Роботам же не нужна пища, воздух, сон, не так страшна повышенная радиация. Человек нужен на Марсе, как изюминка на торте – с инспекцией для того, чтобы подкрутить роботам гайки там, где они сами не достают.


Редакция: Что такого есть в человеке, в чём робот не может достигнуть лучших результатов?

В.Т.: Творчество, интуиция, ощущения, предчувствие. Иногда я с тревогой думаю о том, что те открытия, которые требовали от меня затрат времени и сил, будут с лёгкостью сделаны машиной. Машина хорошо считает (это очень мягко сказано – великолепно считает), но есть такие смыслы, которые можно уловить только диагонально, формально они не уловимы. И всё же, если кто-то сможет глубоко формализовать, оцифровать реальность, то он увидит, насколько непродуктивны усилия людей в деле познания мира. Приведу близкий для меня пример. С 1609 по 1619 годы немецкий математик и астроном Иоганн Кеплер (1571-1630) открыл три закона движения планет. Я уверен, что если бы были к тому времени открыты Уран (1781 г.) и Нептун (1846 г.), то Кеплер открыл бы ещё и закон планетных расстояний, который выпал уже на мою долю. В августе 2018 года, находясь в одиночном заключении, я бросил взгляд на таблицу планетных расстояний в астрономической энциклопедии и почувствовал, что в этих столбцах цифр что-то есть. Через 15 минут, если не раньше, закономерность была найдена. Если обозначать планеты по первой букве, то их расстояние от Солнца соотносится закономерно: (В+М) / (Ме+З)=1,62 ; (С+Н) / (Ю+У)=1,62.

Закономерностью это является, потому что есть две группы планет – Земная и Юпитерианская, и этот закон распространяется на отношение планетных расстояний внутри каждой группы, в том числе – на ещё 7 больших планетных групп Солнечной системы, которые ещё не открыты. В общем виде эту закономерность можно записать как (№2+№4) / (№1+№3)=1,62.

А если эти числа не складывать, а умножать, то для обеих групп будет верно (№2*№4) / (№1*№3)=2,89. Не сразу я понял, что именно доказывают эти математические закономерности. Получается, что планеты рождены Солнцем: сначала рождены газовые шары Юпитерианской группы, затем – каменистые планеты Земной группы, через какое-то время Солнце вновь произведёт четвёрку планет. Любопытно, что планетные пары Меркурий-Земля, Венера-Марс, Юпитер-Уран, Сатурн-Нептун состоят не из соседних планет, а из планет, находящихся друг от друга через одну планету. Закономерности «1,62» и «2,89» - отношения центров планетных пар. И они могли быть достигнуты только в результате вращения. Если бы все эти планеты не обращались вокруг Солнца, то я бы сказал, что Меркурий и Земля (и остальные пары – тоже) обращаются вокруг общего (для каждой пары) центра. То есть вся планетная группа постепенно удаляется от Солнца по направлению к краю Солнечной системы, но при этом Земля и Меркурий как бы карусельно меняются местами. Мне, по-человечески, очень трудно представить каким образом планеты, обращаясь вокруг Солнца, одновременно с этим могут обращаться вокруг общего для планетной пары центра. Однако расстояния от Солнца в Юпитерианской группе в среднегеометрическом выражении в 16 раз больше расстояний от Солнца в Земной группе. Эти группы - очень разные, но центрованы они – одинаково! И здесь мы подходим к тому, что есть некая сила, нам неизвестная, благодаря которой скрытое движение планетных пар становится возможным. Эти отношения – 1,62 и 2,89 – не были открыты в течение 172 лет! И это - не просто что-то одно из… В корне всё меняется! В первую очередь, рушится представления о том, что планеты родились одновременно с Солнцем, чуть позже него. Это не так. Большие планетные группы, которых у Солнца примерно 9, все появились в разное время. И есть основания полагать, что они и сейчас продолжают формироваться в недрах Солнца.


Редакция: Каким тебе видится мир через 100 лет?

В.Т.: Через 100 лет мало что изменится. К тому времени демографический взлёт 1800-2100 гг. (численность человечества за 300 лет вырастет раз в 12, до 11 млрд. человек) перевалит через вершину или даже выйдет ещё через 100 лет (к 2200 году) на вторую вершину. В этом случае график будет похож на букву «М». Затем в течение примерно полутора тысяч лет будет продолжаться ступенчатый спад численности населения Земли, и вновь к 3800 году эта численность примерно 10-кратно возрастёт, то есть достигнет где-то 30-50 млрд. человек. 21-й век – самое благоприятное время для космических проектов. Следующая возможность будет только где-то через 1700 лет, если человечество доживёт.